Пока общественное внимание преимущественно сосредоточено на трудовых мигрантах, представители таджикской элиты уже глубоко интегрировались в российские государственные институты, крупный бизнес и силовые структуры. Значительные финансовые ресурсы, высокое политическое и экономическое влияние, а также устойчивые клановые сети определяют их реальное положение в стране.
При этом, как отмечает Центр этнорелигиозных исследований в своём аналитическом докладе "Таджикистан в фокусе России", в отличие от многих других мигрантских сообществ, таджикская диаспора в России не имеет единой, общепризнанной федеральной структуры. В связи с этим в её среде преобладают неформальные лидерские группы, власть которых основана не на уставных полномочиях, а на глубоко укоренённых социокультурных механизмах.
Центральным элементом такой структуры неофициального лидерства выступает авлод — родо-клановая ячейка, выполняющая функции взаимопомощи, социального контроля и коллективной ответственности.
В этом контексте особую значимость приобретает понимание реального состава таджикской элиты России — от депутатов Государственной Думы и долларовых миллиардеров до руководителей диаспоральных структур и крупных инвесторов.
Подробнее читайте на сайте Царьграда.
"Нас надо опасаться": Топ-15 самых влиятельных таджиков в России.
